ПРАЕКТ ТАВАРЫСТВА БЕЛАРУСКАЙ МОВЫ

(Belarusian Language Society project)

О нарушении лингвистических прав коренной нации Республики Беларусь

Доклад подготовлен Беларуским Хельсинкским комитетом и Обществом беларуского языка

Согласно последней переписи 1989 года, население Беларуси составляет 10,3 млн. человек. Среди них 7,9 млн. чел. (77,9%) – беларусы, 1,3 млн. (13,2%) – русские, 0,4 млн. (4,1%) – поляки, 0,2 млн. (2,9%) – украинцы, 0,1 млн. (1,1%) – евреи, 0,08 млн. (0,8%) – остальные национальности. По той же переписи, 74,5% граждан Беларуси назвали беларуский язык родным. Исключительность текущей политической ситуации состоит в том, что, несмотря на абсолютное большинство жителей беларуской национальности, в значительной степени ущемляются этнические права именно этой части населения. Это касается, прежде всего, языковой сферы.

В результате дискриминации на протяжении семидесяти лет коренного этноса коммунистическим режимом, беларуский язык был изгнан фактически из всех сфер жизни общества, в том числе полностью из сфер среднего специального и высшего образования. Его функции были ограничены до минимума в получении среднего образования (беларуский язык использовался в небольшом количестве сельских школ). Более того, стало необязательным изучение беларуского языка даже в качестве школьной дисциплины.

После того, как были ликвидированы все беларуские школы в городах и поселках Беларуси (в 1970-90-х их уже не было), ни один городской ученик не учился в школе по-беларуски. В начале 1980-х годов только семье Лисицыных удалось добиться, чтобы их дочь училась в школе по-беларуски. Они добились этого ценой своего здоровья, а матери это стоило жизни. В 1982 году в минской 108-й школе открылся первый небольшой беларуский класс. В это же время семьи нескольких минчан возили своих детей учиться в ближайшие сельские беларуские школы. Под давлением демократической общественности, начиная с 1987 года, советские власти вынуждены были открывать единичные беларуские классы в городах.

После обретения Беларусью независимости начался естественней процесс перевода образования на язык коренной национальности, который стал государственным. Юридической основой для регулирования лингвистической ситуации явился Закон "О языках в Беларуской ССР, принятый 26.01.1990г. последним Верховным Советом еще Беларуской ССР. В законе предусмотрены все основные демократические нормы, характерные для документов такого характера, его постепенная реализация планировалась на протяжении 10 лет. Безусловно, все позиции этого Закона были разработаны исходя из того, что беларуский: язык был закреплен в Конституции как единственный государственный. В Законе утверждалось, что:

•  БССР обеспечивает всестороннее развитие и функционирование беларуского языка во всех сферах общественной жизни;
• БССР обеспечивает право свободного пользования русским языком как языком межнационального общения;
• БССР проявляет государственную заботу о свободном развитии и употреблении всех национальных языков, которыми пользуется население республики.

В результате целенаправленной государственной политики, пошел натуральный процесс расширения употребления беларуского языка, в том числе и при получении образования. При этом абсолютно отсутствуют примеры, когда хотя бы один класс с русским языком обучения был переведен на беларуский язык. Беларуский язык становился языком обучения для новых школьников. В 1994-95 учебном году (к моменту избрания президентом Республики Беларусь А.Г. Лукашенко) в 1-е беларуские классы пошли учиться 76% всех школьников (что соизмеримо с национальным составом Республики Беларусь). Следует отметить также, что государственная программа по внедрению беларуского языка в ВУЗы Беларуси в тот период отсутствовала, беларуский язык использовался лишь отдельными энтузиастами.

Ситуация начала кардинально изменяться с избранием президентом А. Г. Лукашенко. К началу 1995 года в обществе возникло противостояние. Пусковым моментом явился ряд публичных выступлений президента с негативными высказываниями в отношении беларуского языка (в частности, в Минском педагогическом университете и Академии наук Беларуси), а также демонстративное неиспользование им государственного языка. Позже отношение к языку титульной нации государства было выражено следующим образом.

"Люди, которые говорят на беларуском языке, не могут делать ничего, кроме как разговаривать на беларуском языке. Потому что по-беларуски нельзя выразить что-то большое. Беларуский язык – бедный язык. В мире существует только два великих языка – русский и английский".

А.Г. Лукашенко

Газета "Комсомольская правда" 03.07.1997г.

В целом, за четыре года президентства А.Г. Лукашенко выступал публично по-беларуски всего 4 раза.

Все это позволило имперско-коммунистическим силам активизировать деятельность по дискредитации беларуского языка и его носителей, а также сконцентрировать свои усилия на введении русского языка как второго государственного. На официальном уровне такие "демарши" замечались, поддерживались, развивались и широко освещались государственными средствами массовой информации. Вместе с этим, все выступления и акции национально-демократической общественности оставались без внимания. А это, например, только в январе 1995г. пикеты:

• у здания Конституционного суда Республики Беларусь (50 человек),
• у здания Верховного Совета (100 чел.),
• около Министерства образования,
• около представительства ООН.

В январе 1995 года в независимой прессе опубликовано заявление 25 общественных организаций и политических партий "Нет – агрессии против беларуской нации!", где говорится, что "Беларусь и по сей день живет в условиях русскоязычной оккупации. У народа создается впечатление, что у президента нет иной заботы, как борьба против государственного языка Республики Беларусь. Делается это из-за неспособности проводить экономические реформы..."

Вопрос языка стал основным политическим вопросом. К весне 1995г. А. Г. Лукашенко инициировал референдум, на котором первым вопросом предлагался следующий:

– Согласны ли вы с приданием русскому языку равного статуса с беларуским?

Против проведения референдума по вопросам языка и государственной символики выступила фракция Беларуского народного фронта в Верховном Совете: 11.04.1995г. 18 депутатов начали голодовку в здании Верховного Совета. 12.04.1995г. по распоряжению президента в парламент введены вооруженные формирования, депутаты жестоко избиты и выдворены из здания. В результате этих действий, под давлением и в нарушение законов, вопрос о проведении референдума был поставлен на переголосование: 13.04.95г. Верховный Совет Республики Беларусь принял постановление № 3728-Х11 "О проведении республиканского референдума по вопросам, предложенным президентом Республики Беларусь, и мерах по его обеспечению".

Есть основания утверждать, что для формирования положительного отношения к референдуму и получения утвердительного ответа использовались специальные технологии воздействия на граждан. Администрация президента направила в государственные средства массовой информации (в Беларуси только государственные радио и телевидение) "План по обеспечению проведения референдума". Планировались и были проведены передачи "Оба языка нам дороги", "Музыканты за двуязычие", "Родной ли беларусам русский язык", "Мы поем на двух языках" и многие другие такой же направленности. Были созданы специальные команды выступающих – в основном из тех, кто зарекомендовал себя выразителем русской шовинистической позиции. Национально-демократические организации, как и отдельные носители национальной идеи, были лишены эфира. В связи с этим общество беларуского языка имени Ф. Скарыны (общественная организация, возглавляемая народным поэтом Беларуси Н. Гилевичем) направила жалобу председателю Центральной избирательной комиссии А. Абрамовичу о нарушении Закона "О референдумах". Жалоба осталась без реагирования. Ставка была сделана также на ту часть населения, которая делает свой выбор в последние дни и часы: за 3 дня до референдума в прямом эфире на протяжении 3-х часов президент лично агитировал беларуский народ "в нужном направлении", в частности за два государственных языка. Альтернативная позиция не звучала.

Референдум прошел 14 мая 1995г. Из 7445820 человек, внесенных в список, в голосовании участвовали 4830582 человек (64,8%). В итоге голосования положительно ответили на первый вопрос о языках 4017273 человек (83,3% от принявших участие в голосовании или около 54% от внесенных в список). В Минске (где наиболее полно был организован контроль над ходом референдума) ни один из вопросов не набрал более 40% положительных ответов граждан от общего количества внесенных в список.

Ряд существенных нарушений ставит под сомнение легитимность проведенного референдума, в особенности в части, касающейся языка. Это:

• вопрос о статусе языка, оговоренный в Конституции, запрещено выносить на референдум Законом "О референдумах" (ст. 3) и Конституцией Республики Беларусь (ст. 17, 148);
• нарушена процедура голосования в Верховном Совете при принятии постановления о референдуме (были даже введены войска);
• подготовка к референдуму происходила в условиях жесткой монополизации средств массовой информации с нарушением права на равную агитацию;
• имеется множество фактов фальсификации результатов референдума (факты накоплены Беларуским народным фронтом, а также Беларуским Хельсинкским Комитетом и др. общественными организациями).

Проведенный референдум расколол беларуское общество. Уже через несколько дней возле здания президентской администрации прошла студенческая акция протеста. Участвовали 100 человек, арестованы 30 из них.

Результатом же "узаконенного" равного статуса беларуского и русского языков явилось, в частности, следующее:

• появились случаи задержания и избиения сотрудниками милиции и других силовых ведомств граждан, поводом для чего было использование в разговоре беларуского языка (г. Минск, апрель 1997г. – в отделение милиции доставлен известный беларуский ученый И. Саверченко; г. Витебск, август 1997г. – Д.Пименов получил после избиения сотрясение мозга и ряд закрытых травм; г. Витебск, октябрь 1997г. – Ю.Мороз избит дубинками, несколько недель провел в клинике с черепно-мозговой травмой; г. Минск, апрель 1998г. – А. Пяткевича, Д.Миронова, А. Поклада милиция избила, а затем натравила собак, после чего А. Пяткевич без сознания направлен в госпиталь).
• беларуский язык полностью исключен из употребления высшим руководством Беларуси и руководителями различного уровня;
• государственная программа развития и поддержания беларуского языка отсутствует;
• наблюдается свертывание беларуского книгоиздания (в 1997г. из 5331 наименований изданных книг только 682 незначительным тиражом – подготовлены на беларуском языке);
• беларуский язык полностью исключен из судопроизводства (в ответ на просьбу гражданина вести судебное заседание по-беларуски или организовать перевод выставляется требование, чтобы заявитель этого сам оплачивал услуги переводчика – подобный факт имел место в ходе судебного процесса в Витебском областном суде по делу поэта С.Адамовича, 13.06.1997г.)
• вся документация в Беларуси, включительно с бланками документов, переводится только на русский язык (есть сведения, что в некоторых учреждениях это оформляется даже приказом);
• решением Минского областного суда (май 1998г.) из занимаемого помещения выселено Общество беларуского языка за несвоевременную оплату аренды (перед этим плата за аренду помещения была поднята до 10$ за 1м² в месяц – норма, установленная для коммерческих, а не общественных организаций);
• языком всех реклам является русский;
• в городах начата замена табличек с названием улиц на русский вариант
• закрыта единственная беларуско-язычная независимая радиостанция "Радыё 101,2"
• в начале 1997г. остановлено издание газеты по проблемам беларуского языка "Наша слова" (снята с государственной дотации);
• из пяти телеканалов, которые функционируют в Беларуси, четыре – российские и лишь один – беларуский, причем беларуский язык занимает на последнем значительно меньше половины эфирного времени.

Однако особенно отчётливо насильственная русификация проявляется в сфере образования. Буквально через несколько дней после референдума в школы Беларуси поступило указание из Министерства образования (министр В. И. Стражев) об опросе родителей и учащихся всех беларуских классов по поводу желания продолжить обучение по-беларуски, что было расценено руководителями школ как сигнал для активного разрушения системы получения образования на беларуском языке. Перечислим способы, с помощью которых это достигалось.

Значительная часть беларуских классов переведена на русский язык по инициативе администраций школ, цинично и жёстко. Как правило, это сопровождалось соответствующей психологической обработкой родителей, запугиванием, распространением ложной информации о том, что нет беларуских учебников, нет учителей, способных преподавать по-беларуски и т.д. Вот фразы из писем родителей в государственные органы и общественные организации с просьбами защитить их детей в праве получить образование на беларуском языке: "...в конце учебного года всем детям выдали учебники на русском языке. Таким образом нам дали понять, что наших детей насильно собираются перевести на русский язык обучения, либо вынудить уйти из этой школы... ", "... всех родителей учеников четвертых классов учителя вдруг стали заставлять писать заявления об изменении языка обучения на русский. В результате жесткого и длительного прессинга (в том числе в виде телефонных звонков домой) часть родителей переписывает свои предыдущие заявления, соглашаясь на переход на русский язык обучения... несогласные оказываются в положении изгоев на своей земле, которым фактически указывают на дверь... ".

О подобных случаях писала и пресса:

"...в 1994 году я отдал свою Веронику - жителя независимой Беларуси в минскую беларускую гимназию №103... Ребенку нравилось учиться там, и задолго до осени она готовилась ко второму классу: ранец, книжки, ботиночки, гольфики... И только приведя ее во второй класс, я узнал, что это уже не беларуская гимназия, и преподавать тут будут все по-русски... Как такое может быть на моей родине, в моей стране? При одной мысли о таком унижении начинает стучать сердце и сжиматься кулаки. Это называется "равными возможностями"? Это называется "свободным выбором!?".

Газета "Свабода", октябрь 1995г.

Родители, которые часто вели многомесячную борьбу, в большинстве случаев добились лишь частичного удовлетворения своих требований, потому что их классы, как правило, переводились на русский язык обучения, а детей "непокорных" родителей собирали в один класс со всех бывших беларуских. Некоторая часть родителей вынуждена была забрать своих детей из прежних школ и теперь возят их в школы, где еще не ликвидировано беларуско-язычное обучение. Это неблизкие школы. И как правило не лучшие. Многие же родители просто не выдержали жесткого давления и того морально-психологического климата в школе, который образовался вокруг их детей и прекратили борьбу.

Обычно администрация школ отказывается принимать заявления от родителей на обучение на беларуском языке. В случае, если отдельные родители все-таки смогут настоять на своем, то в начале учебного года их ставят перед фактом: их ребенок зачислен в 1-й класс с русским языком обучения. Другой беларуской школы поблизости нет (такой тактики придерживались в 1-й минской школе). В таблице дается динамика приема в первые классы с беларуским языком обучения (% от общего количества детей, пришедших в первые классы) по областям за последние шесть лет.

В первую очередь беларуско-язычное обучение отменялось в престижных школах: гимназиях, специальных английских, физико-математических, экономических. Такое катастрофическое уменьшение количества беларуско-язычных учеников - не стихийное явление, а результат целенаправленной работы по уничтожению беларуской школы.

Тенденция на уничтожение беларуской школы господствует с небольшими вариациями по всей стране. Через год после прихода к власти Лукашенко во всех областях увеличилось количество школ с русским языком обучения, в том числе в Гомельской области (с 14,5% до 60,3%), Витебской области (с 18,3 до 42,7%), Могилевской области (с 17,2% до 42,9%). В этих же областях уменьшилось количество школ с двумя языками обучения: в Гомельской области (с 77,3% до 38,7%), в Витебской области (с 80,5% до 56,1%), Могилевской области (с 80,7% до 55,1%).

В сельской местности количество школ с беларуским языком обучения уменьшилось на 91 школу, количество школ с русским языком обучения увеличилось с 67 до 219.

Более подробная информация о том, каким образом менялось количество школ, дана в следующей таблице:

("+" означает увеличение, а "-" – уменьшение)

Тенденция ликвидации беларуского языка как языка обучения в средних школах сохранилась и в 1997-98 учебном году.

К 1994 году в столице Беларуси из 219 школ были отобраны 130 школ для постепенного перехода на беларуский язык обучения. На сегодняшний день полностью беларуской школы в Минске нет вообще, имеются единичные классы с беларуским языком обучения. В г. Гродно до референдума было 27 школ с беларуским языком обучения, сейчас только одна (как и одна с польским языком). В г. Могилеве набор в первые беларуские классы в 1997-98 учебном году вообще не проводился.

Летом 1997г. была осуществлена попытка ликвидации единственного в своем роде Беларуского гуманитарного лицея (г. Минск). Только активный протест общественности (многочисленные пикеты, обращения в международные правоохранительные организации, сбор 6 тыс. подписей граждан, готовность лицеистов начать голодовку протеста) остановили планы официальной власти, В этом году опасность уничтожения лицея вновь возникла.

Министерство образования сделало попытку введения обязательного выпускного экзамена за курс средней школы по русскому языку при необязательном экзамене по беларускому (Приказ №439 Министра образования от 15.11.1995г.). Под активным давлением беларуской общественности приказ удалось отменить. Сегодняшняя тактика Министерства образования может быть охарактеризована как "тихая ползучая русификация".

В мае 1997г. житель г. Гродно Ю. Мацко подал иск в суд с требованием обеспечить дочери возможность обучения по-беларуски в школе №10, где она начинала свою учебу. Судебный процесс тянулся 2,5 месяца. На 5-м судебном заседании Ю. Мацко было отказано в иске с мотивацией, что государственными языками в Республике Беларусь являются не только беларуский, но и русский языки.

Что касается среднего специального образования и высшей школы, то в стране нет никаких возможностей продолжить образование на беларуском языке. В Беларуси нет ни одного высшего учебного заведения с беларуским языком обучения. При этом активная русификация происходит уже на этапе вступительных экзаменов в вузы – все пособия для поступления издаются только на русском языке, как и все экзаменационные билеты оформляются только с его использованием. И это с официальной подачи называется свободным выбором языка обучения!

В 1996 году не было выпущено ни одного учебника на беларуском языке для высшей школы по техническим и естественным дисциплинам.

Запланированные ранее к печати учебники сняты с планов выпуска государственных издательств.

Чтобы добиться права на получение высшего образования на беларуском языке, в Беларуси начался массовый сбор подписей граждан. Собраны тысячи подписей.

Анализ фактов показывает, что политика Лукашенко направлена на полное постепенное уничтожение беларуского языка на его исконной территории. В связи с этим крайне цинично прозвучали слова, сказанные им на праздновании 75-летия Беларуского государственного университета: "Сегодня у нас созданы оптимальные условия для свободного и естественного развития беларуского языка и беларуской культуры".

На самом деле сегодня в Беларуси следует говорить о чрезвычайном засилье русского языка с одной стороны, и об открытом притеснении беларуско-язычного населения с другой стороны. "Гражданин Беларуси, думающий по-беларуски, практически изгоняется из общества. И наоборот, человек, думающий по-русски, получает абсолютное право на комфортное языковое существование. Он может участвовать во всех сферах общественной жизни, получать максимум информации и при этом вообще не сталкиваться с беларуским языком. Такова сущность государственной политики. В то же время беларуско-язычный гражданин не может включить телевизор или радио, раскрыть газету, сходить в магазин, послать ребёнка в школу, посетить госучреждение, служить в армии и т.п., и т.д., чтобы постоянно не сталкиваться с языковой проблемой, не быть где-то униженным, где-то не понятым. Государство просто не предусматривает существование таких граждан. Их как бы не должно быть. В "лучшем" случае они – враги, националисты. Именно это в юриспруденции и называется дискриминацией".